г.Уфа. ул.Бакалинская. д.9/3, оф. 308
для почты: г.Уфа, 450071, а/я 150
тел.: 8 (347) 274-23-49
E-mail: BSKA1yandex.ru
ICQ: статус абонента 570385305
Skype: bska
 
О коллегииКонтактыПолезные ссылки
Навигация по сайту
Новости
Состав коллегии
Виды адвокатской помощи
Специальные программы
Юридическое сопровождение бизнеса
Юридические консультации
Программа "Социальная адвокатура"
Прием в коллегию
Адвокатские советы
Наши партнеры
Совет коллегии адвокатов
Часто задаваемые вопросы
Пресс-служба
Конфиденциальность


Rambler's Top100
Адвокатские советы

ПАМЯТКА

УЧАСТНИКА АРБИТРАЖНОГО ПРОЦЕССА


1. Вы получили определение Арбитражного суда.

- Посмотрите конверт (на нем должен быть штемпель Арбитражного суда Республики Башкортостан и номер Вашего дела).

- Внимательно прочитайте судебное определение  (в определении указывается дата, время судебного заседания, а так же какие документы хочет видеть суд).

- Если вы потеряли судебное определение (зайдите на сайт арбитражного суда (интернет), и распечатайте определение с него).
 

- Пометьте у себя в календаре дату судебного заседания.

2. Подготовка к суду.

- Если Вы руководитель и сами намерены идти в суд возьмите с собой паспорт.

- Если Вы представитель не забудьте взять с собой доверенность на представление интересов в суде.

- Если вы Ответчик по делу, обязательно готовьте отзыв на Исковое заявление.
Отзыв – это Ваш аргумент в суде (если вы не знаете, как правильно оформить отзыв, доверьте это сделать адвокату или юристу занимающегося арбитражными спорами).

(Снимите копию с искового заявления, выделите маркером места, которые Вам не понятны или которые не соответствуют действительности;
ВНИМАНИЕ!!! к Исковому заявлению должны быть приложены копии документов которые у Вас нет.
Если указанные документы не приложены, просите суд обязать другую сторону (Истца или Ответчика) их представить, при этом отложить судебное разбирательство, так как правильное «поведение» в суде – это в Вашу пользу.

- Если вы не получили Исковое заявление, все равно идти в суд надо (не редко неявка в суд расценивается как неуважение к суду). Заявите в суде, что исковое заявление не получили, просите у Истца копию искового заявления, а так же время для  написания своих возражений.
 
- Подготовьте отдельную папку  вложите туда: определение суда, Доверенность на участие в деле (+ копию), исковое заявлении, Отзыв на исковое заявления, документы (подлинники, а так же копии)  для подкрепления своих доводов (для Истца изложенных в исковом заявлении, для Ответчика изложенных в отзыве на Исковое заявления Истца).

Вы готовы к суду

Еще несколько советов: постарайтесь придти в суд выспавшимся, как говорят со свежей головой, не опаздывайте в суд (закажите такси заранее). Не пейте алкоголь (как говорят для храбрости), так как у вас возникнет неприятный разговор с Судебными приставами (обеспечивают порядок в здании суда).


3. В СУДЕ.
 (Арбитражный суд Республики Башкортостан г.Уфа, ул.Октябрьской революции 63 А)


- В фойе находятся слева направо (аппарат для ксерокопирования документов (5 рублей одна копия), телефон внутренний (список внутренних номеров  прилагается), гардероб, Пост охраны судебных приставов, проходная (вертушка), канцелярия суда, стенд с информацией.

- Подайте в окошечко судебному приставу определение суда и Вашу доверенность (он запишет Вас в журнал посетителей и выдаст вам пластиковую магнитную  карточку).
Пройдя через рамку – металлоискатель (если работает рентген (такой же как в аэропорту) положите ваши вещи для проверки), приложите карточку слева к турникету и пройдите через «вертушку». Запомните куда положили карточку, так как  она понадобится вам при выходе.

- Найдите кабинет суда (ФИО Судьи указано на табличке), список назначенных дел увидите рядом,  если перед вами уже есть участники процесса, спросите на какое время у них назначено.  

- Если Суд занят рассмотрением другого дела, подождите его окончания (более того если до Вас суд вел аудиозапись заседания, то понадобиться определенное время (3-5 минуты на ее сохранение).      

- Постучите в дверь, дверь открывается при загорании зеленой лампочки. Если зеленая лампочка горит открывайте дверь и заходите в кабинет суда.

- Приготовите доверенность (+ копию) и паспорт, данные о вас внесут в протокол судебного заседания (копию доверенности передайте в дело).

- В суде говорите четко и ясно, если обращаетесь к судье, говорите «Уважаемый суд», вопросы другой стороне задавайте с разрешения суда.
ВНИМАНИЕ !!! Наличие правильно оформленных документов, является залогом в успешном завершении рассмотрении дела судом.

-  Если суд решение не вынесет, запишите дату и время следующего судебного заседания. (при этом не забывайте готовиться к суду: ознакомитесь с материалами дела (заявление об ознакомлении подается в канцелярию), при желании ознакомитесь с протоколом судебного заседания и по возможности с аудиозаписью заседания.

 

СУД ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ

- После удаления суда в совещательную комнату (т.е. вы выходите из кабинета суда, а судья остается один в кабинете для принятия решения)

- Вас приглашают на оглашения (вы заходите в кабинет судья зачитывает решение, при этом все участники процесса слушают стоя).

- Если Вы не согласны с судебным решением, готовьте жалобу в вышестоящий суд (г.Челябинск) для этого Вам дается один месяц.


Пора на выход.

 - Для выхода из кабинета суда сначала нажмите кнопку (рядом с ручкой двери).  

- Чтобы выти из суда Вам надо погасить магнитную карточку, первая с лева «Вертушка», для прохода опустите карточку в тубус.

Очевидно, что настоящая памятка содержит в основном «Технические моменты» поведения участника судебного спора в арбитражном суде (профессиональные советы у каждого,  кто занимается арбитражным процессом свои), однако прочитав и применив памятку на деле Вы сэкономите свое время и нервы.

 

 

 _______________________________________________________________________-

Практика Европейского Суда по правам человека. 

ДЕЛО «МАМЕДОВА ПРОТИВ РОССИИ»
 
авторы:
Багрянский Филипп Валерьевич, Овчинников Михаил Валерьевич
адвокаты Адвокатского бюро «Багрянский, Михайлов и Овчинников»
www.defence33.ru
 
01 июня 2006 года Европейский Суд по правам человека вынес постановление по делу «Мамедова против России».
Это уже второе рассмотренное Европейским Судом по правам человека (далее – Европейский Суд) по существу дело, интересы заявителя по которому представляли владимирские адвокаты.
Суть дела «Мамедова против России» заключается в следующем:
Заявитель – Ольга Вагидовна Мамедова – была задержана 23 июля 2004 года по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.
24 июля 2004 года Фрунзенский районный суд г. Владимира вынес постановление об избрании Мамедовой О.В. меры пресечения в виде заключения под стражу.
В дальнейшем срок содержания Мамедовой О.В. под стражей неоднократно продлевался. Каждое постановление суда первой инстанции о продлении срока содержания под стражей обжаловалось во Владимирский областной суд, однако каждый раз кассационные жалобы оставлялись без удовлетворения.
06 января 2005 года нами была подана жалоба в Европейский Суд на нарушения прав Мамедовой О.В., гарантированных Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция), а именно: 1) в связи с бесчеловечными условиями содержания Мамедовой О.В. под стражей в учреждении ИЗ 33/1; 2) в связи с нарушением ее права на судебное разбирательство в разумный срок и необоснованностью постановлений о продлении срока содержания под стражей; 3) в связи с отказом в доставке в заседание суда кассационной инстанции, который рассматривал кассационную жалобу на постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу; 4) в связи с тем, что кассационные жалобы на постановления о продлении срока содержания под стражей не рассматривались безотлагательно.
 21 июня 2005 года Европейский Суд принял решение коммуницировать жалобу Правительству Российской Федерации. В соответствии со статьей 29 § 3 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть доводы по существу жалобы совместно с вопросом о приемлемости. Кроме того, Председатель принял решение дать приоритет данной жалобе согласно Правилу 41 Регламента Европейского Суда.
04 августа 2005 года Мамедова О.В. постановлением прокурора г. Владимира была освобождена из-под стражи.
После того, как стороны изложили Европейскому Суду свои доводы, он вынес по делу постановление, которое было опубликовано на сайте Европейского Суда.
Европейский Суд признал, что властями Российской Федерации были нарушены права Мамедовой О.В., гарантированные ст. 3, ст. 5 § 3 и ст. 5 § 4 Конвенции.
Так, что касается нашего утверждения о том, что условия содержания Мамедовой О.В. под стражей являются бесчеловечными, то Правительство не согласилось с приведенным нами описанием условий содержания и в свою очередь заявило, что эти условия являлись надлежащими. При этом Правительство согласилось с тем, что камеры, в которых содержалась Мамедова О.В., были перенаселены вследствие ремонта в следственном изоляторе.
В связи с этим Европейский Суд указал, что нет необходимости устанавливать истину по каждому или по всем утверждениям, поскольку он признает нарушение статьи 3 Конвенции на основе фактов, которые были представлены или не оспаривались Правительством, по следующим причинам. Стороны в принципе согласны, что камеры в учреждении ИЗ-33/1 были перенаселены. На каждого заключенного приходилось менее 2 кв. м площади. Более года заявитель и день, и ночь проводила в камере, за исключением ежедневной прогулки. Была ли перенаселенность вызвана ремонтными работами или другими причинами – несущественно для анализа Европейского Суда, на Правительстве лежит обязанность организовать пенитенциарную систему таким образом, чтобы гарантировать уважение достоинства заключенных, несмотря на финансовые или организационные трудности. Тот факт, что заявитель должна была жить, спать и пользоваться туалетом в одной и той же камере с большим количеством других заключенных, сам по себе был достаточным для того, чтобы причинить страдания или вызвать трудности такого уровня, который превышает неизбежный уровень страданий, присущий заключению, и вызывает чувства страха, боли и неполноценности, способные оскорбить и унизить ее достоинство. Таким образом, имеет место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в учреждении № ИЗ-33/1.
Что касается нашего утверждения о том, что было нарушено право Мамедовой О.В. на судебное разбирательство в разумный срок, а постановления о продлении срока содержания под стражей были необоснованными, то Правительство также не согласилось с этим.
Так, Правительство утверждало, что содержание заявителя под стражей было надлежащим образом обосновано. Она была заключена под стражу, поскольку подозревалась в совершении мошенничества при отягчающих обстоятельствах, которое является тяжким преступлением. Имелись основания полагать, что она может скрыться, поскольку ее соучастник и отец двух ее малолетних детей скрылся. Она могла уничтожить доказательства и воспрепятствовать установлению истины, такое намерение подтверждалось записью телефонных переговоров с неустановленным лицом. Заявитель предупреждала это лицо о предстоящем обыске и побуждала его или ее уничтожить документы и стереть компьютерные файлы. Эти записи были исследованы судами. Содержание заявителя под стражей продлевалось, поскольку ее дело было сложным, и имелась необходимость в дальнейшем расследовании. Более того, расследование было затруднено вследствие того, что заявитель отказалась от дачи показаний, от дачи образцов ее почерка и подписи и не согласилась дать образцы ее голоса. Имелся также риск повторного совершения ею преступления, давления на свидетелей, угроз им, фальсификации доказательств или воспрепятствования расследованию другим способом.
Наши доводы, изложенные в жалобе и в возражениях на меморандум Правительства, суд в постановлении изложил в сжатом виде следующим образом: отсутствовали относимые к делу и достаточные основания для содержания Мамедовой О.В. под стражей столь долгий период. Дело не являлось сложным. Она использовала свое право не свидетельствовать против себя, и ее отказ от дачи образцов почерка, подписи и голоса не мог оправдать содержание ее под стражей. Она не может нести ответственность за тот факт, что другой обвиняемый скрылся. Утверждения Правительства о том, что она может скрыться, были гипотетическими, и не были подкреплены какими-либо доказательствами. 
Напротив, если бы она скрылась, она была бы разлучена со своими маленькими детьми и потеряла бы работу. Поскольку она была задержана на следующий день после обыска в ее квартире, у нее было достаточно времени скрыться, если бы она этого хотела. Она не могла уничтожить доказательства, поскольку у нее дома и в офисе были произведены обыски и все документы были изъяты и приобщены к материалам дела. Что касается записи телефонных переговоров, то они не были исследованы национальными судами, и суды не ссылались на них в постановлениях о продлении срока содержания под стражей. Отсутствовали какие-либо доказательства того, что она может совершить преступление.
Проанализировав доводы сторон Европейский Суд указал в постановлении следующее:
Проверяя законность и обоснованность продолжающегося содержания заявителя под стражей, районные и областной суды упорно ссылались на тяжесть обвинений как на главное основание  возможности заявителя скрыться, воспрепятствовать ходу расследования или совершить новое преступление. Однако Европейский Суд неоднократно отмечал, что хотя строгость наказания является  релевантным  элементом при оценке риска того, что лицо скроется или совершит новое преступление, необходимость продолжения лишения свободы не может оцениваться исходя из исключительно абстрактной точки зрения, принимая во внимание только тяжесть преступления. Не может также продолжение содержания под арестом быть использовано как ожидание осуждения. Это особенно важно в таких делах, как настоящее дело, где правовая квалификация фактов, а, следовательно, и наказания, грозящего заявителю, была определена обвинением без судебного исследования вопроса о том, подкрепляют ли собранные доказательства обоснованное подозрение в том, что заявитель совершила инкриминируемое преступление.
Остается установить, устанавливалось ли и убедительно демонстрировалось ли национальными судами существование конкретных фактов в поддержку их вывода, что заявитель может скрыться, воспрепятствовать расследованию или совершить новое преступление. Европейский Суд в этой связи повторяет, что на национальных властях лежит обязанность устанавливать конкретные факты, относящиеся к основаниям для продолжения содержания под стражей. Перекладывание бремени доказывания на заключенного в таких случаях равносильно отступлению от правила статьи 5 Конвенции, согласно которой содержание под стражей является исключительным изъятием из права на свободу, которое допускается лишь в строго определенных случаях, перечень которых является исчерпывающим.
Национальные суды мотивировали возможность заявителя скрыться ссылкой на то, что ее соучастник скрылся. По мнению Европейского Суда, поведение соучастника не может быть решающим фактором для оценки риска того, что заявитель скроется. Такая оценка должна быть основана на личных обстоятельствах заключенного. В данном деле национальные суды не указывали на какие-либо данные о личности или поведении заявителя, которые оправдывали бы их вывод о том, что существует постоянная опасность того, что она скроется. С другой стороны, заявитель постоянно приводила факты, уменьшающие риск того, что она может скрыться. Однако национальные суды не уделяли внимание обсуждению доводов заявителя о том, что у нее нет преступного прошлого, имеется постоянное место жительства и работы во Владимире, стабильный образ жизни, два малолетних ребенка, и что ее отец серьезно болен. Они не учли тот факт, что заявитель имела возможность скрыться после обыска в ее квартире, но она осталась в распоряжении следствия. При этих обстоятельствах Европейский Суд находит, что в настоящем деле не было установлено существование риска того, что заявитель скроется.
Европейский Суд подчеркнул, что согласно статье 5 § 3 Конвенции власти обязаны рассмотреть альтернативные меры, гарантирующие явку  обвиняемого в суд, при решении вопроса о том, подлежит ли он или она освобождению или заключению под стражу. Так, нормой закреплено не только право на «разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда», но и установлено, что «освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд».
В настоящем деле в течение всего периода содержания заявителя под стражей власти не обсуждали возможность обеспечения присутствия заявителя путем применения более мягких мер пресечения, хотя адвокаты заявителя неоднократно просили освободить ее под залог или под подписку о невыезде – «меры пресечения». Национальные суды никак не отразили в своих решениях, почему альтернативные  лишению свободы меры не могут обеспечить надлежащий ход судебного разбирательства.
Единственным другим основанием для продолжающегося содержания заявителя под стражей, которое указали национальные суды, было то, что заявитель может уничтожить доказательства, воспрепятствовать правосудию или совершить новое преступление. Европейский Суд допускает, что на начальных стадиях расследования риск вмешательства заявителя в отправление правосудия мог оправдать содержание ее под стражей. Однако, после того, как доказательства были собраны, это основание отпало. Более того, национальные власти не мотивировали, почему же они считали, что подобный риск существует.
Далее Европейский Суд отмечает, что решения о продлении заявителю срока содержания под стражей не принимали должным образом во внимание ее личное положение. В большинстве решений национальные суды использовали одинаковые резюмирующие формулировки и стереотипные слова.
Наконец, Европейский Суд отметил, что ни на одном этапе судебного разбирательства национальные власти не рассмотрели, не превысило ли содержание заявителя под стражей «разумный срок». Такой анализ должен бы был быть особенно тщательным в решениях национальных судов после того, как заявитель провела в заключении много месяцев, однако критерий «разумности срока» никогда не был применен.
С учетом вышеизложенного, Европейский Суд считает, что нерассмотрением конкретных фактов или возможности применения иных «мер пресечения», и, ссылаясь в основном на тяжесть обвинения, власти продлевали срок содержания заявителя под стражей по основаниям, которые не могут быть признаны «релевантными и достаточными».
Европейский Суд никак не может согласиться с утверждением Правительства о том, что отказ заявителя от дачи показаний затянул производство по делу, и вызвал задержки, в которых виновата сама заявитель. Заявитель не обязана сотрудничать с властями и ее нельзя обвинять в том, что она полностью воспользовалась своим правом хранить молчание. Прокуратура была обязана собирать доказательства и проводить расследования таким образом, чтобы обеспечить проведение судебного разбирательства в отношении заявителя в разумный срок.
Что касается нашего утверждения о том, что было нарушено право Мамедовой О.В. на участие в заседание суда кассационной инстанции, который рассматривал кассационную жалобу на постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, то Правительство утверждало, что отказ заявителю в участии в заседании соответствовал национальному законодательству, которое наделяет правом участвовать в заседании кассационной инстанции только лиц, в отношении которых постановлен обвинительный или оправдательный приговор. В любом случае, доводы заявителя были четко изложены в ее кассационных жалобах и не требовали дополнительных объяснений. Адвокаты заявителя присутствовали на заседании, что обеспечило соблюдение прав защиты.
Рассмотрев доводы сторон, Европейский Суд указал, что с самого начала заявитель добивалась присутствия в суде кассационной инстанции с целью просить об освобождении по основаниям, тесно связанным с ее личным положением. Во-первых, она планировала описать ужасные условия содержания ее под стражей, о которых ее адвокат знал только со слов. Только заявитель лично могла описать условия и ответить на вопросы судей, если бы таковые возникли. Более того, это была ее первая возможность вынести этот вопрос на обсуждение национальных судов, поскольку она не могла знать заранее, какими будут условия содержания под стражей. Во-вторых, представляется, что решение суда было основано на его оценке «личности» заявителя. Оно было основано на письменных документах без допроса заявителя и предоставления ей возможности описать ее личное положение. Наконец, Европейский Суд отмечает, что это был случай, чтобы суд кассационной инстанции проверил факты, свидетельствующие за и против содержания ее под стражей. Учитывая значение первого кассационного заседания, ссылку суда кассационной инстанции на личность заявителя, и ее намерение ходатайствовать об освобождении из-под стражи ввиду особых условий ее содержания под стражей, ее присутствие требовалось для дачи достаточной информации и указаний ее адвокату.
В свете вышеизложенного, Европейский Суд установил, что отказ в ходатайстве о присутствии в заседании суда кассационной инстанции лишил заявителя эффективного контроля за законностью ее содержания под стражей, требуемого статьей 5 § 4 Конвенции.
Что касается нашего утверждения о том, что было нарушено право Мамедовой О.В. на то, что кассационные жалобы на постановления о продлении срока содержания под стражей не рассматривались безотлагательно, то Правительство утверждало, что кассационные жалобы заявителя были рассмотрены в сроки, установленные национальным законодательством.
Проанализировав доводы сторон, Европейский Суд отмечает, что рассмотрение национальными судами кассационных жалоб заявителя на постановления о продлении срока содержания под стражей заняло 36, 26, 36 и 39 дней. При этом нет ничего, что позволило бы предположить, что заявитель после подачи жалоб сама затягивала их рассмотрение. Европейский Суд полагает, что эти четыре периода не могут считаться совместимыми с требованием статьи 5 § 4 Конвенции о «безотлагательности», особенно учитывая то, что их продолжительность полностью находилась в компетенции властей. Таким образом, имеет место нарушение статьи 5 § 4 Конвенции.
Кроме того, Европейский Суд, рассмотрев наши требования о присуждении Мамедовой О.В. справедливой компенсации, а также возражения Правительства, указал, что в данном деле он установил комбинацию серьезных нарушений. Заявитель год содержалась под стражей в бесчеловечных и унижающих достоинство условиях. Ее содержание под стражей не имело достаточных оснований. Ее кассационная жалоба на первоначальное постановление о заключении под стражу была рассмотрена в ее отсутствие. Наконец, во многих случаях она была лишена права на безотлагательное рассмотрение правомерности своего содержания под стражей. При таких обстоятельствах Суд считает, что страдания и муки заявителя не могут быть компенсированы одним лишь установлением нарушения. Суд присудил заявителю 16,000 евро в счет возмещения нематериального ущерба, плюс сумму всех налогов, которыми она может облагаться. 
Также Европейский Суд указал, что согласно его практике, заявитель имеет право на компенсацию расходов и издержек настолько, насколько будет доказано, что они были понесены на самом деле и были необходимы и разумны по количеству. В настоящем деле, учитывая имеющиеся документы и руководствуясь вышеуказанными критериями, Суд счел, что необходимо присудить сумму в размере 4,500 евро плюс сумму всех налогов, которыми она может облагаться.
23 октября 2006 года постановление по данному делу вступило в законную силу.
В настоящее время в производстве Европейского Суда находится еще несколько дел по нашим жалобам. По одному из дел Председателем Палаты было принято решение о приоритетном рассмотрении жалобы.
Ознакомиться с постановлением по делу «Мамедова против России» на русском языке в полном объеме можно на странице в сети Интернет, расположенной по адресу: www.defence33.ru
 

 
ДЕЛО «ХУДОЕРОВ ПРОТИВ РОССИИ»

 
Багрянский Филипп Валерьевич
Овчинников Михаил Валерьевич,
адвокаты Адвокатского бюро «Багрянский, Михайлов и Овчинников»
сайт: www.defence33.ru


Дело «Худоеров против России» было первым делом, интересы заявителя по которому представляли адвокаты Адвокатского бюро «Багрянский, Михайлов и Овчинников».
Постановление по данному делу представляет интерес в первую очередь для адвокатов, специализирующихся на защите по уголовным делам.
Ниже в сжатом виде мы изложим основные обстоятельства дела «Худоеров против России».
 
Заявитель – Худоеров Дониер Тошпулатович – был задержан сотрудниками УВД Владимирской области, впоследствии арестован, и ему было предъявлено обвинение в совершении ряда преступлений, в том числе участие в преступном сообществе, контрабанда и сбыт наркотических средств.
В период, когда уголовное дело Худоерова Д.Т. рассматривалось Владимирским областным судом, нами была подана жалоба в Европейский Суд по правам человека на многочисленные нарушения прав Худоерова Д.Т., гарантированных Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция).
После того, как Европейский Суд уведомил нас о начале процедуры коммуникации жалобы и о рассмотрении жалобы в приоритетном порядке, Худоеров Д.Т. был освобожден из-под стражи.
В возражениях на жалобу (так называемом «меморандуме») Правительство в лице Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека отрицало факт нарушения властями Российской Федерации прав Худоерова Д.Т. Копия данного меморандума была направлена нам как представителям Худоерова Д.Т. для того, чтобы мы в свою очередь могли представить возражения на меморандум.
На данном этапе интересы Худоерова Д.Т. наряду с нами стала представлять и известный московский адвокат Каринна Акоповна Москаленко. Возражения на меморандум Уполномоченного были составлены уже с ее помощью.
Рассмотрев доводы сторон, Европейский Суд сначала вынес решение о приемлемости жалобы, а через некоторое время вынес по делу постановление.
 
Европейский Суд установил, что властями Российской Федерации были нарушены права Худоерова Д.Т., гарантированные статьей 3, статьей 5 § 1, статьей 5 § 3, статьей 5 § 4 и  статьей 6 § 1 Конвенции.
 
Так, Европейский Суд признал, что условия содержания Худоерова Д.Т. под стражей в учреждении ОД 1/Т-2 (известном как «Владимирский централ»), были бесчеловечными и унижающими его достоинство. Кроме того, Европейский Суд признал бесчеловечными и унижающими достоинство Худоерова Д.Т. условия доставки его во Владимирский областной суд из учреждения ОД 1/Т-2.
В обоих случаях Европейский Суд констатировал нарушение статьи 3 Конвенции, согласно которой «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
 
Так, Европейский Суд отметил, что власти Российской Федерации не оспаривали тот факт, что количество заключенных в течение срока содержания Худоерова Д.Т. под стражей всегда превышало количество спальных мест. Следовательно, заключенные, в том числе и Худоеров Д.Т., были вынуждены делить друг с другом спальные места, отдыхая по очереди. В более маленьких камерах  на каждого заключенного приходилось менее 2 кв. м жилого пространства, а в больших камерах на каждого заключенного приходилось менее 3 кв. м жилого пространства, даже если камера не была заполнена. Не оспаривали власти и то обстоятельство, что за исключением одного часа, выделявшегося на ежедневные прогулки на открытом воздухе, Худоеров Д.Т. целыми днями был заперт в камере, в которой находились и раковина, и унитаз, и посуда.
Европейский суд счел нехватку пространства основным моментом для анализа дела. Тот факт, что Худоеров Д.Т. был вынужден жить, спать и ходить в туалет в одной и той же камере, в которой на него приходилось так мало личного пространства, был достаточным для того, чтобы причинить душевные страдания и переживания, превышающие неизбежный уровень страданий, причиняемых помещением под стражу, и вызвать у него чувства беспокойства и неполноценности, способные унизить и оскорбить его. Эти чувства были усилены чрезмерной продолжительностью содержания его под стражей.
Кроме того, хотя по настоящему делу Европейский суд не мог установить «вне разумных сомнений», что вентиляция, отопление, освещение или санитарно-гигиенические условия в учреждении были неприемлемыми с точки зрения статьи 3, Европейский суд с озабоченностью отметил, что унитаз не имел системы смыва, что окна в камерах были закрыты металлическими ставнями, препятствовавшими доступу свежего воздуха и естественного света, а также что Худоерову Д.Т. позволялось общаться со своими близкими родственниками на языке, которым они не владели, что затрудняло контакты с семьей. Власти Российской Федерации не указали, что такие ограничения были основаны на измеримых интересах безопасности. Все это в совокупности с нехваткой личного пространства доказывало, что условия содержания Худоерова Д.Т. под стражей нарушали статью 3 Конвенции.
 
Что касается условий перевозки Худоерова Д.Т. из следственного изолятора в суд и обратно, то Европейский Суд отметил в связи с этим, что в автобусе Худоерову Д.Т. приходилось делить одиночный бокс с другим заключенным, с которым ему приходилось по очереди сидеть друг у друга на коленях. Европейский суд счел, что перевозка двух заключенных в камере площадью 1 кв. метр, в которой было всего одно место, была неприемлемой.
Также Европейский суд заметил, что Худоерову Д.Т. приходилось терпеть эту тесноту два раза в день, по дороге в здание суда и обратно, и что его перевозили в этом фургоне не меньше 200 раз за четыре года содержания под стражей. В дни судебных заседаний его не кормили, он пропускал прогулки на свежем воздухе. Также Европейский суд обратил внимание на тот факт, что Худоеров Д.Т. продолжал подвергаться такому обращению во время рассмотрения его дела в суде и рассмотрения ходатайств о продлении срока содержания его под стражей, то есть когда ему нужны были полная концентрация и бдительность.
 
Наибольший интерес представляет анализ Европейским Судом доводов жалобы о незаконности содержания Худоерова Д.Т. под стражей.
Так, исследовав законность содержания Худоерова Д.Т. под стражей, Европейский Суд пришел к выводу, что в течение определенных периодов времени он содержался под стражей в нарушение статьи 5 § 1 Конвенции, согласно которой «Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как <…> в порядке, установленном законом».
Так, Европейский Суд, устанавливая факты нарушения статьи 5 § 1 Конвенции, привел следующие основания:
 
-  Худоеров Д.Т. содержался под стражей  на основании судебного решения, которое не соответствовало требованиям ясности, предсказуемости и защиты от произвола, которые в совокупности являются важнейшими элементами «законности» содержания под стражей по смыслу статьи 5 § 1 Конвенции;
- Худоеров Д.Т. содержался под стражей в отсутствие какого-либо «правового» основания;
- Худоеров Д.Т. содержался под стражей в отсутствие законных оснований для продления срока содержания под стражей «в ходе предварительного следствия»;        
- Худоеров Д.Т. содержался под стражей без достаточно ясного правового основания;
- Худоеров Д.Т. содержался под стражей на основании постановления, вынесенного судьей, который не был полномочен на вынесение такого постановления.
 
Особо хотелось бы отметить оценку, данную Европейским Судом встречающейся и в настоящее время практике продления срока содержания под стражей «постфактум» (то есть «задним числом»).
В этой связи Европейский Суд указал, что «… любое ex post facto санкционирование содержания под стражей не совместимо с правом на «личную неприкосновенность», поскольку оно неизбежно связано с произволом. Позволение заключенному томиться под стражей без конкретно обоснованного судебного решения и без конкретно установленного срока, равносильно попранию статьи 5, норме, которая делает заключение под стражу исключением из права на свободу, допустимым в исчерпывающе приведенных и строго определенных случаях».
 
Представляет интерес и рассмотрение Европейским Судом наших доводов о чрезмерной длительности содержания Худоерова Д.Т. под стражей, то есть о нарушении его права, предусмотренного статьей 5 § 3 Конвенции, согласно которой «Каждый задержанный или заключенный под стражу <…> имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда».
 
Европейский суд указал, что изначально содержание Худоерова Д.Т. под стражей было оправдано обоснованным подозрением в его причастности к обороту наркотических средств. На данной стадии необходимость обеспечить проведение расследования и не позволить Худоерову Д.Т. скрыться, учитывая его иностранное гражданство и постоянное место жительство за пределами Российской Федерации, оправдывала содержание его под стражей.
Однако основания, по которым Худоеров Д.Т. изначально был заключен под стражу, с течением времени «неизбежно становились все менее и менее значимыми», поэтому «национальные власти должны были более обстоятельно проанализировать личную ситуацию Худоерова Д.Т. и привести более конкретные основания для его содержания под стражей».
 
Также Европейский суд отметил, что национальные органы ни разу не рассматривали вопрос о том, не превысил ли срок содержания Худоерова Д.Т. по стражей «разумные пределы», хотя необходимость в таком анализе должна была стать особенно заметной после того, как Худоеров Д.Т. провел под стражей более двух лет.
С момента начала судебного разбирательства Владимирский областной суд продлевал срок содержания Худоерова Д.Т. под стражей семь раз.
Во всех постановлениях в качестве главного основания для продления срока содержания под стражей приводилась тяжесть предъявленных Худоерову Д.Т. обвинений.
В двух последних постановлениях упоминались также «достаточные основания полагать, что подсудимый скроется от правосудия».
Кроме того, в пяти постановлениях упоминалась необходимость «обеспечивать... исполнение приговора».
В этой связи Европейский суд отметил, что это основание для содержания под стражей предусмотрено только в статье 5 § 1 (а) Конвенции, который регулирует содержание под стражей лица, «осужденного компетентным судом». Однако в данном деле Худоеров Д.Т. не был осужден, и ссылка национальных судов на это основание являлась предрешением дела по существу, представлением осуждения в качестве единственно возможного исхода рассмотрения дела.
 
Европейский суд констатировал, что тяжесть предъявленных обвинений важна для оценки опасности, что обвиняемый скроется от правосудия. Однако при этом тяжесть предъявленных обвинений сама по себе не может служить оправданием длинных периодов содержания под стражей.
По поводу опасности, что Худоеров Д.Т. скрылся бы от правосудия, Европейский суд напомнил, что такая опасность не может быть оценена на основании одной лишь тяжести предъявленных обвинений. Она должна оцениваться с учетом ряда других важных факторов, которые могут как подтвердить наличие такой опасности, так и представить ее настолько незначительной, что она не могла бы оправдать содержание под стражей во время рассмотрения дела в суде.  В настоящем деле в решениях национальных органов не указывались причины, по которым они, несмотря на доводы, представленные Худоеровым Д.Т. в поддержку его ходатайств об освобождении, считали решающим то, что он мог скрыться от правосудия. Решения национальных органов просто намекали на существование "достаточных оснований полагать, что обвиняемые скроются", не указывая на действительные основания их вынесения. Европейский суд признал неустановленным существование такой опасности.
Европейский суд отметил, что в течение всего периода содержания Худоерова Д.Т. под стражей власти не рассмотрели возможность обеспечения его присутствия на судебных заседаниях путем избрания другой меры пресечения, например, залога или подписки о невыезде).
 
Европейский суд указал также, что решения национальных судов не были основаны на анализе всех имевшихся фактов. Они не приняли во внимание такие доводы в пользу освобождения Худоерова Д.Т., как ухудшение его состояния здоровья и семейные связи в области. При этом власти Российской Федерации использовали стереотипные формулировки для обоснования решений о продлении срока содержания под стражей: Владимирский областной суд воспроизвел один и тот же текст объемом в один абзац дословно в пяти постановлениях, и незначительно измененную версию в двух следующих постановлениях.
Кроме того, Европейский суд обратил внимание на установившуюся практику вынесения коллективных постановлений о продлении срока содержания под стражей в отношении нескольких обвиняемых одновременно, при этом игнорировались личные обстоятельства отдельных заключенных. По мнению Европейского суда, эта практика сама по себе не соответствует гарантиям, закрепленным в статье 5 § 3 Конвенции, поскольку она предполагала продление срока содержания под стражей группы лиц (в том числе Худоерова Д.Т.) без оценки оснований или соблюдения требования «разумного срока» в отношении каждого члена группы индивидуально.
 
Рассмотрев доводы жалобы о нарушении права Худоерова Д.Т., гарантированного статьей 5 § 4 Конвенции, согласно которой «Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным», Европейский Суд также пришел к выводу о наличии нарушения.
 
Европейский Суд отметил, что кассационные жалобы на решения о продлении срока содержания под стражей рассматривались с большими задержками, а одна кассационная жалоба вообще не была направлена из Владимирского областного суда в Верховный Суд Российской Федерации. С большими задержками Владимирским областным судом было рассмотрено ходатайство Худоерова Д.Т. об освобождении его из-под стражи. Также Европейский Суд указал, что некоторые кассационные жалобы вообще не были рассмотрены по существу.
 
Рассматривая вопрос о предполагаемом нарушении статьи 6 § 1 Конвенции, гарантирующей «право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок», Европейский Суд отметил, что столь длительный срок судебного разбирательства (продолжительность судебного разбирательства составила 6 лет и 2 месяца), не может быть оправдан ни количеством обвиняемых, ни объемом уголовного дела, ни необходимостью использования переводчиков.
 
В заключение Европейский Суд отметил, что «страдания и муки Худоерова Д.Т. не могут быть компенсированы одним лишь установлением нарушения», и присудил Худоерову Д.Т. сумму в размере 50 тысяч евро в качестве компенсации нематериального ущерба.

Версия для печати.
Постоянный адрес этой статьи http://www.yurclub.ru/docs/criminal/article119.html
Добавлено: 17.04.2008


 


О коллегии | Контакты | Полезные ссылки Копирование информации только с разрешения администрации ресурса 2009 © БСКА. All rights reserved